Людмила Разаренова: видит во сне ленинградские улицы


В микрорайонах многоэтажек соседи, как правило, мало знают друг о друге. Кивнем на бегу и спешим дальше по своим делам. А если случится познакомиться с человеком поближе, открываешь целый мир.

Серыми красками

Вряд ли жители дома №14 по улице Зеленой знают, что хрупкая седовласая бабушка Люда из первой квартиры, с доброй улыбкой отвечающая на приветствие соседей, награждена знаком «Жителю блокадного Ленинграда».

«Мне вручили его в марте 1996 года по поручению председателя правительства Санкт-Петербурга, когда я еще жила в Шиловском районе, – сказала приветливо встретившая неожиданных гостей Людмила Ивановна Разаренова. – В Ряжск я переехала в 2005 году, получив квартиру как старейший железнодорожник. А корни мои в Ленинграде, там, на 15-й линии на Васильевском острове жила с родителями и младшим братишкой до начала Великой Отечественной войны».

Л.И. Разаренова.jpg

И ветеран начала свой нелегкий рассказ. Их семья была самой обычной: глава ее трудился плотником-краснодеревщиком на одном из ленинградских заводов, как и мама Людмилы Ивановны. Дочь и сынишку родители были вынуждены отдать в детский сад и ясли на пятидневку.

«Помню, как мы скучали по маме и папе, подбегали к прутьям забора и подолгу смотрели на улицу. А там по брусчатой мостовой в марше проходили курсанты, – рассказывает Людмила Ивановна. – Зато, какая была радость, когда мама забирала нас на выходные! Мы ходили в зоопарк, где катались на пони».

О том, что Гитлер напал на Советский Союз, и началась война, девочка узнала по дороге с рынка: они ходили с матерью за покупками.

«Был чудесный летний воскресный день, а все плакали, и мое сердце тоже сжалось от какой-то тревоги», – продолжала рассказ Людмила Ивановна.

Она запомнила этот день навсегда. Словно в один миг яркие краски мира, по-особому воспринимаемого ребенком, померкли, и потекли день за днем – серые, мрачные, наполненные ожиданием беды.

Вскоре призвали на фронт отца. Он поочереди расцеловал детей, крепко прижимая их к себе. Нетрудно понять, что было на сердце солдата, являвшегося главным кормильцем семьи.

От Ладоги до Иртыша

Чтобы получить хлебную карточку, мать сразу устроилась на Балтийский завод чернорабочей. Благодаря этому семье удалось пережить страшную блокадную зиму. Об этом времени Людмила Ивановна не может говорить без слез:

«Чувство постоянного холода и голода словами не передать. Помню, мама хранила продукты в маленьком плетеном сундучке, выстланном сукном, и брала оттуда понемногу какой-то крупы, пекла на воде что-то вроде блинчиков. Еще я, остававшаяся в ее отсутствие за старшую, ходила в какую-то столовую, расположенную недалеко от нашего дома, за горячими обедами. Ждали вестей от отца с фронта, волновались за него и не могли дождаться, когда наши войска разорвут проклятое кольцо, которым охватили наш любимый город фашисты».

Наступила весна 1942-го. Люду с братиком, матерью и другими жителями Ленинграда переправили через Ладогу, доставили на железнодорожную станцию, разместили в вагонах-теплушках, и поезд отправился в долгий путь в Сибирь. Казалось, что самое страшное уже позади, эвакуированные получали пищу, но истощенный организм многих не выдержал. Заболела мама Людмилы Ивановны.

«Стараясь спасти нас с Витей от голода, она отрывала от себя каждую крошку»,– смахивая слезы, сказала Людмила Ивановна. – А работала в ту зиму на износ, сутками, только на несколько часов забегала домой!

Врачам не удалось спасти женщину, и ребятишки оказались в Омском детском доме.

День, когда пришла весть о долгожданной Победе, Людмила Ивановна помнит отлично. Их детский дом тогда выехал в леспромхоз, располагавшийся на берегу Иртыша. В бараках, где раньше жили рабочие, сплавлявшие лес, и разместились ребятишки с воспитателями.

– Нам с самолета листовки сбросили, а в них – радостная весть о капитуляции фашистской Германии – говорит моя собеседница.

Два главных города

Отец разыскал Людмилу и Виктора после войны, вернувшись в родной город. Узнав тяжелую весть о смерти жены, сильно горевал, но потом снова женился. У мачехи тоже росла дочь. Когда Люда получила в ремесленном училище специальность токаря, она поехала к ним, хотела остаться в Ленинграде, но в девятиметровой комнатке места для падчерицы не нашлось.

«И поехали мы с подружкой, тоже ленинградкой, на Рязанщину, корни моего отца там, – продолжает рассказ ветеран. – В Шиловском районе есть станция с интересным названием Мышца, там я и устроилась работать».

Потом познакомилась с парнем из соседнего села Шостье, он трудился трактористом в леспромхозе. Поженились, родились дочка и сын, но поднимать их женщине пришлось одной: муж трагически погиб. «Я много лет работала на железнодорожной станции товарным кассиром и приемосдатчиком, только в 1990 году ушла на пенсию, – говорит Людмила Ивановна. – В Ряжск переехала вместе с семьей сына Сергея. У меня трое внуков, младшего тоже назвали Сережей. Дочь Ольга живет в Москве».

Когда девушка закончила школу, поступила в один из ленинградских вузов: очень хотелось учиться в городе, о котором столько слышала с детства от мамы.

Поехав навестить дочь, Людмила Ивановна вновь прошла по знакомым улицам, ее сердце билось так, что, казалось, выскочит из груди. Она узнавала дома, скверы, где когда-то гуляла с родителями и братишкой. Подошла к Неве, к дому, в котором до войны жила их семья, и низко поклонилась всем ленинградцам, кому не довелось дожить до Победы.

Судьба невероятным образом привела девочку из города на Неве в Ряжск, где на Захуптском кладбище похоронены ленинградцы, умершие в эвакуации по пути из блокадного города. Забыть об этом невозможно, сколько бы лет ни прошло. 27 января вместе с другими ветеранами Людмила Ивановна Разаренова приходит на это святое место, чтобы почтить память земляков.

Ирина Юрьева

На фото: Людмила Ивановна Разаренова.

Фото Владимира Мазалова

Поделиться: