Михаил Филиппов из Старожиловского района: «Это был наш долг, и мы его выполнили»

В декабре 1979 года советские войска вошли в Афганистан. Михаил Филиппов служил в 860-м отдельном мотострелковом Псковском Краснознаменном полку, совершившем знаменитый Памирский марш.

Родился Михаил в Казахстане в селе Михайловка Свердловского района Джамбульской области, закончил там 8 классов. Затем отучился в госпромтехучилище на монтажника железобетонных и стальных конструкций, получил диплом с отличием. До армии несколько месяцев поработал мастером на строительстве очистных сооружений.

– В ноябре 1979 года меня призвали в армию, – рассказывает Михаил Алексеевич. – Отправили на станцию Отар в поселок городского типа Гвардейский, где располагалась учебная база. Там осваивал курс молодого бойца. После «учебки» в звании младшего сержанта попал в роту связи в Сарыозек.

До Термеза они ехали поездом, до пересыльного пункта Какайды шли пешком, откуда их отправили в Файзабад, где базировался полк. Только приземлились на вертолете, как снова нужно было отправляться в путь на «вертушке» – до Гульханы.

В 1980 году горы Памир, вставшие на пути 860-го мотострелкового полка, покорили советские солдаты и офицеры. Среди них был и Михаил Филиппов.

Разбив лагерь в Гульхане, разведчики начали прочесывать территорию. На пути – отвесные скалы, которые нужно было преодолеть колонне более 260 единиц техники. Низкая бронетехника проходила по узким горным дорогам, а машины с высокими будками – нет. Где-то в июне 1980 года были сформированы колонны, которые двинулись в Файзабад через Союз.

– На одном из перегонов через реку Пяндж мою машину связи чуть не унесло сильным течением, – вспоминает Михаил Алексеевич. – Спасибо, быстро отреагировали водители бээмпэшэк: одна развернулась так, чтобы машина уперлась ей в бок, а другая БМП подошла сзади, так и добрались до берега.

По перевалам гнали машины больше месяца. Колонна растягивалась так, что из одного края в другой сигналы радиостанции не добивали. Приходилось в середине колонны ставить ретранслятор, чтобы командир знал, что происходит «в хвосте». По пути техника ломалась, ждали запчасти, ремонтировали. Затем загрузились на платформы и эшелонами ехали до Термеза. Переходили границу по понтонному мосту.

– Я обеспечивал связь с полком на спецмашине КШМ Р-125, оборудованной комплектом радиостанций, – рассказывает Михаил Филиппов. – Занимался радиопеленгацией. Записывал разговоры моджахедов на диктофон, потом все переводили. Бывало, что это помогало распознавать коварные замыслы противника.

Вспомнил Михаил, как в осенний призыв новобранцев повезли на тактические учения в горы, а их обстреляли «духи». Ребята запаниковали. Его земляк-однополчанин, механик-водитель БМП Мухамаджан Абдуганиев прикрывавший солдат, решил подъехать поближе, чтоб их забрать. Стал разворачиваться и подорвался на мине. Ему оторвало обе ноги, он умер от потери крови у трапа вертолета.

И подобные трагические случаи были здесь нередки. За полтора года погибло много сослуживцев Михаила. За своей крепостью солдаты установили памятник погибшим с надписями на плитах. Михаил уже на гражданке узнал, что плиты демонтировали и, вроде бы, развезли по адресатам.

За время службы случалось, что готовить еду военным было не из чего. Возникали проблемы с продовольствием, так как дороги заминировали, а тылы остались в Файзабаде. Колесные машины не могли преодолеть завалы, а вертолеты в зимнее время не летали из-за плохой видимости. Солдатам приходилось ловить рыбу маринку, варить из нее уху.

– Привезем на полк мешка 3–4 и едим. Командир дал команду: «выживаем, как можем», – продолжает собеседник. – Мы продавали солярку, покупали на эти деньги рис, варили плов с рыбными консервами. Ели его в темноте: настолько нам надоели эта скумбрия, да килька в томате, что мы уже сами себя «обманывали», будто плов был из мяса. Ситуация доходила до того, что если бы «духи» прознали, что у нас туго с кормежкой, нам бы несдобровать.

Не забыть Михаилу Алексеевичу, как их обстреливали, когда колонной ходили в Файзабад за продуктами. Когда переезжали на новое место дислокации моджахед выскочил прямо перед машиной, открыл автоматную очередь, и прыгнул в кусты. Три пули попали в кабину, одна прострелила водителю локоть. Михаил, сидевший рядом, чудом уцелел.

О том, что едет домой Михаил Филиппов узнал прямо после рейда. Случилось это 3 декабря 1981 года. Улетал из Бахарада в чем был, лишь бы скорее на Родину. Три дня он с сослуживцами провел на аэродроме в Кундузе, была нелетная погода. Летевшие с ним дембеля не стали дожидаться вертолетов, а уговорили летчиков забрать их на транспортном самолете, в котором не было кислородных масок. В Термез они прилетели раньше, только потом долго приходили в себя. До дома Михаил добирался шесть дней.

– На гражданке я работал на Джамбульской автобазе водителем, затем сварщиком, – вспоминает Михаил Филиппов. – У меня подрастали дочь и сын. При сложившейся тогда ситуации в Казахстане подумал, что они не получат там должного образования и поехал в Россию. Одна из моих сестер жила в селе Гребнево и меня пригласила к себе. Девять месяцев я трудился в колхозе имени Ленина сварщиком, скотником. 22 года – водителем в колхозе «День урожая». От хозяйства дали дом, я женился. У меня 7 детей и 9 внуков. Сейчас работаю мастером в Старожиловском агротехникуме.

Каждый год 15 февраля и 15 мая Михаил Алексеевич в составе местного отделения «Боевое братство» приезжает в Рязань на площадь Маргелова, чтобы встретиться с сослуживцами, вспомнить о боевых товарищах, помянуть погибших.

 

Поделиться: