Спасский район в те годы бандиты называли красной зоной и боялись появляться на его территории. А всё потому, что местные милиционеры вместе с майором Михаилом Ивановичем Мишкиным жестоко с ними боролись: гасили наезды, устраивали засады, ходили в бронежилетах, спали на рабочем месте.

Малиновые пиджаки лежат на земле

– Главное, не идти у них на поводу: не бояться, не ждать, что положат в карман, не закрывать глаза на мелочи. Например, если машина едет и не останавливается по требованию, – нужно её проверить, – не задумываясь, объясняет Михаил Иванович, как им удавалось держать в страхе большое количество группировок. – Нам помогало желание работать, а не мысль увильнуть от дел, просидев в кабинете. Такой настрой был во всем уголовном розыске. Кроме того, все подразделения взаимодействовали между собой, помогали и прикрывали друг друга не зависимо от зоны, за которой они были закреплены.

В районе, действительно, поддерживали правопорядок постоянно. Нападения на дальнобойщиков, вымогание денег у владельцев магазинов, обворовывание граждан под видом сотрудников СОБРа – все эти преступления жестко пресекались. А частые, хорошо продуманные засады, слежка, профилактическая работа и умение добывать информацию позволяло милиционерам одерживать победу и быть настоящим «вихрем антитеррора». Недаром на тёмной земле часто пестрели малиновые костюмчики пойманных братков, которых вместо облюбованных курортов посылали в места не столь отдалённые.

Но не только с группировками так усердно боролись Мишкин и его сослуживцы: любые дела были для них одинаково важны.

– Какая разница, что раскрывать? Можно вернуть бабуле последнюю тысячу, которую у нее украли, или хозяину – любимую лошадь, и гордиться этим, – объясняет майор.

Зеленые передники подметают разрушенный город

Многих сотрудников направляли в Чечню для поддержания правопорядка. Михаил Иванович был командирован в Грозный на полгода в 2003 году.

В восемь утра подъём, завтрак, а потом начинается «прогулка» по Чечне. Обмен информацией, поиск улик для раскрытия преступлений, обнаружение схронов с оружием, уничтожение незаконных нефтяных аппаратов – это ещё не самые важные ежедневные обязанности оперативников. Главная задача заключалась в умении не спровоцировать агрессию со стороны местных жителей. Ткнули чем-то, обругали, кинули кирпичом – терпи, делай вид, что не почувствовал, не расслышал, не попали. А в свободное время лучше не выходи из общежития. Хоть Чечня удивительно чистый город с колоритной интересной культурой. Пускай в разрушенном доме уцелело всего две квартиры, их хозяева содержат двор в чистоте, сажают розы и виноград. Часто можно увидеть, как женщины в зелёных передниках метут проезжую часть, дорогу, на которой их же земляки стреляют в воздух, чтобы им уступили путь, а за малейшую обиду могут «шмальнуть» и в сердце.

Но Михаил Иванович и не думал выходить из своей комнаты во время редких выходных, всё равно красивый парк под окнами весь заминирован. В часы досуга он читал любимого Жюля Верна и фантаста Никитина.

Под конец командировки Мишкин оказался в госпитале. Обнаруживших схрон оперативников обстреляли на пути к машине. Ребята успели залечь, а Михаил Иванович шёл последним, прикрывал и был ранен в ногу. После выздоровления героя направили домой, где наградили медалью «За отвагу».

Форма защитного цвета

На данный момент майор Мишкин на пенсии, но продолжает охранять правопорядок, правда, на одном из рязанских заводов. Но и сейчас Михаил Иванович больше похож на милиционера, а не на охранника: выправка, густые усы, командный голос, пронзительные, сосредоточенные, честные глаза. Он и его бывший сослуживец Тимохин даже на интервью пришли в костюмах защитного цвета: у первого потемнее, а у второго посветлее. Будто это такая форма для тех, кто ушел на заслуженный отдых.

Стоит ли пояснять, что милиция была для Мишкина любимой, хоть и отнимающей практически всё время и здоровье работой.

Когда-то ради неё он оставил должность мастера производственного обучения в СПТУ. В 1994 году страна послала призыв, что нужно идти в милицию, бороться с терроризмом, и Михаил Иванович откликнулся, хотя ему нравилась его профессия. Ещё бы! Он с детства мечтал быть водителем, поэтому и поступил учиться сначала на тракториста-машиниста, а потом получил индустриально-педагогическое образование.

Но о своём выборе в пользу органов общественного правопорядка Мишкин не жалеет, да и вообще доволен судьбой, а особенно семьёй, которой очень гордиться: женой Ириной Ивановной, проработавшей всю жизнь в детском садике «Малыш», дочкой Юлией и сыном Вячеславом. Но особая любовь теперь направлена на внука Кирюшу. Он, повзрослев, тоже будет гордиться своим дедушкой, и писать о нём в школьных сочинениях. И не обязательно, что мальчик будет описывать подвиги и службу Михаила Ивановича, может, он просто опишет, как был счастлив, когда ходил с дедушкой на рыбалку.

Анна Добролежа