Екатерина Щербакова из Ермишинского района рассказал о судьбе своего прапрадеда – Егора Ивановича Молотова (на фото он крайний справа).

Великая Отечественная война началась 22 июня 1941 года, а уже 23 июня утром были вручены повестки многим жителям Спасско-Раменья.

Получил ее и мой прапрадедушка, Молотов Егор Иванович. Жена собрала ему нехитрые пожитки и харчи. До Мердуши вместе с провожающими шли пешком. Играла гармошка, звучали песни, но… сквозь слезы.

20 августа прапрабабушка получила первое и единственное письмо от мужа. Отправлено оно было из Подмосковья. Там Егор Иванович получил обмундирование, прошел короткую военную подготовку. Это письмо хранится в нашей семье.

А осенью этого же года пришло извещение о том, что Молотов Егор Иванович пропал без вести. Для его семьи наступили тяжелые времена. Тем, у кого кто-то из родных был на фронте, в магазине давали хлеб. А прапрадедушку почему-то стали считать дезертиром.

Очень долго Алексей Егорович пытался доказать, что это не так, что его отец – настоящий патриот, для которого лучше смерть, чем дезертирство.

Уже после смерти прапрадедушки, в наших краях оказался Иван Киреев, очевидец гибели Егора Ивановича. Рассказал, что был в плену вместе с ним. Каким же весельчаком и балагуром он был, сколько знал песен! Любая работа выполнялась им с песней на устах, но на душе у него было черным-черно. Никак он не хотел мириться с пленом. С первого же дня искал товарищей, с которыми мог бы совершить побег. Но не находил. Все боялись расстрела.

Тогда он сделал подкоп под колючей проволокой и убежал один. Но его побег закончился неудачно, он был пойман. Во второй раз повторилось то же самое. Он убежал и в третий раз. Товарищи заровняли яму под колючей проволокой. Но на ботинке развязался шнурок, беглец упал, и его настигли собаки.

Желающих совершить побег к тому времени стало немало, и фашисты решили наказать провинившихся в устрашение всем.

Их загнали в барак, забили окна и двери. Возле него поставили бочки с бензином. По ним открыли огонь из пулеметов. Бензин мгновенно вспыхнул, загорелся и барак. 

Зрелище было очень страшным. Люди сначала крепились, старались держаться. Но когда здание загорелось изнутри, стали слышны крики и стоны. Вскоре рухнула крыша, и все затихло.

Вот какую страшную смерть принял мой прапрадед. Прав был дедушка Леша, утверждая, что отец его погиб как герой. Иначе и быть не могло.

Все публикации цикла «Герои Победы» читайте здесь