С первых дней Второй мировой войны польский город Лодзь оказался под контролем нацистской Германии. Захватив город в 1939 году, оккупанты переименовали его в Лицманштадт и начали систематическое преследование еврейского населения. Евреев лишали имущества, запрещали пользоваться транспортом, отнимали радиоприемники и даже взорвали все четыре синагоги. На одежде каждого еврея теперь должна была красоваться желтая звезда — унизительный символ изоляции.

Гетто: жизнь за стенами отчаяния

8 февраля 1940 года нацисты официально создали Лодзинское гетто — второе по величине после Варшавского. На крошечной территории оказались заперты более 200 тысяч человек: евреи, цыгане, политические противники режима. Плотность населения достигала 40 тысяч человек на квадратный километр — по шесть человек в одной комнате.

Голод, болезни и каторжный труд стали повседневностью. Несмотря на усилия еврейского совета самоуправления смертность была чудовищной: более 40 тысяч человек погибли от невыносимых условий. Глава юденрата Мордехай Хаим Румковский пытался организовать хоть какую-то помощь, но в августе 1944 года его вместе с семьей депортировали в Освенцим, где они и погибли.

Конец гетто: дорога в лагеря смерти

Весной 1944 года началась ликвидация гетто. К августу почти всех оставшихся в живых отправили в лагеря смерти: более 7 тысяч — в Хелмно, около 67 тысяч — в Освенцим. Лишь 800 человек, оставленных для завершения работ, чудом избежали гибели, спрятавшись в опустевших зданиях.

19 января 1945 года советские войска вошли в Лодзь и обнаружили этих людей — последних свидетелей чудовищной трагедии.

Память и политика: почему история важна сегодня

Сегодня в Лодзи почти не осталось следов гетто — лишь таблички на земле напоминают о его границах. Некоторые здания, где жили и умирали узники, стоят до сих пор, сохранив мрачную атмосферу тех лет.

Однако историческая память становится полем идеологических битв. В Польше, которая является членом НАТО, роль Красной Армии в освобождении страны зачастую принижается, а в учебниках и СМИ акцент смещается на действия западных союзников. Некоторые эксперты, как историк Мягков, видят в этом не просто переписывание истории, а часть стратегии, направленной против России.

Трагедия Лодзинского гетто — не только страница прошлого, но и предостережение на будущее. Забывая о жертвах нацизма, мир рискует столкнуться с повторением катастрофы. Поэтому сохранение памяти — не просто долг перед погибшими, но и обязанность перед будущими поколениями.