Рязанец Виктор Атласов исходил пешком всю страну

Его физической форме позавидуют многие спортсмены, а истинный, горячий патриотизм этого человека неплохо было бы перенять народным избранникам. Виктору Ивановичу Атласову 63 года, он живет в селе Поляны Рязанского района. Но в его случае это скорее не место тихого пристанища немолодого уже человека, а стартовая площадка для самых невероятных экспедиций неутомимого путешественника. Карта России, на которую он наносит пройденные маршруты, похожа на школьную тетрадку по математике, расчерченную вдоль и поперек не очень ровными, но многочисленными разноцветными линиями. Он исходил всю страну, был в каждом регионе, прошел пешком и проплыл на надувной весельной лодке там, где не ступала нога не то что туриста – профессионального изыскателя, геолога или геодезиста.

Олени в реке

Очередное путешествие Атласова завершилось в первых числах августа 2018 года, и теперь рассказывает о нем, рассыпав веером фото с полярными реками, редколесьем тундры, северными оленями, которые переправляются  через реку Хету, высоко подняв гордые головы и положив на спины черные корни рогов… Он показывает и фото мамонтова бивня килограммов в 20 весом.

«Я его на берегу реки нашел, а потом и положил обратно, – говорит Атласов. – Сюда не привезешь, нельзя, да и тяжело с ним в лодке. А главное – зачем? Этот бивень как-будто из наиглубочайшей древности выглянул. Не нам его тревожить…»

У рязанского путешественника широкие плечи, крепкие руки, светло-голубые широко открытые глазами, выразительная речь.

«Хочу сразу сказать, что принципиально совершаю свои экспедиции только по России, – говорит он в начале интервью. – Рассматривать достопримечательности других земель мне не интересно. Поймите, свое-то, русское, оно всегда ближе к душе, роднее. Даже хмурое Заполярье, например, низкое небо побережья Моря Лаптевых мне дороже, чем экзотика субтропиков».

— Виктор Иванович, что же вас поманило в путешествия? Вы ведь инженер, производственник, могли стать и директором… И вдруг – рюкзак на плечи, и в путь?

— Вот именно, что поманило. Словами не все объяснишь. Хотелось не то чтобы повидать дальние края, а настоящую Россию, огромную, разную, живую повидать. Раз попробовал, и пошло-поехало. Вернее сказать – пошло. Просто ходить и смотреть оказалось не по мне. Я либо пешком, либо на лодке, либо на велосипеде путешествую. Это важно, когда не из автобусного окна смотришь, а по земле идешь, гребешь веслами на реке… Мне кажется, путешествием надо жить, дышать и обязательно чего-то добиваться. Я когда обходил российские регионы с 2005 по 2014 по проекту «Объять необъятное», поставил перед собой цель: пройти все! Прошел. Теперь вот иду по Северу.

Карта рек Красноярского края

— Вы сами придумали проект «Полярная Россия»?

— Вы знаете, дорога дает человеку свободу. Это не только трудный путь, но и радость свободы. Я и маршруты, и названия, и цели придумываю только сам, в этом и есть свобода постижения и преодоления. Сам идешь, без всякой помощи. Зато никто тобой не руководит, никто не указывает, что делать, как правильно, а как – нет. Согласитесь, такая свобода мысли, движения, постановки цели дорогого стоит, не так ли?

— Трудно не согласиться…

— Да и в самой экспедиции самое важное и одновременно самое сложное – иметь возможность свободно передвигаться даже по труднейшему маршруту. Возьмем Север: ведь ширина запретной зоны здесь доходит до сотни, если не больше километров! Я бы с удовольствием шел по кромке Баренцева моря, моря Лаптевых, Восточно-Сибирского… Да ведь пограничники не пустят! Приходится брать южнее и двигаться по тундре, болотам, рекам. Конечно, это не так должно быть! Я знаю, что такое границы, я рукой дотрагивался до границы с Норвегией. Но нельзя закрывать людям путь, это неправильно! Хотя, конечно, я путешествую по северу, а большинство людей стремятся на юг, к морям, горам. Им мои проблемы вряд ли будут интересны…

— Вы прошли по маршруту «Полярной России» три четверти пути. Когда планируете замкнуть его?

— Можно было бы в следующем году долететь до Севера на самолете и пройти оставшуюся часть. Но я хочу пройти по реке Лене. Вот, видите мою карту. Это, можно сказать, визуальное выражение патриотизма. Лена – русская великая река, я русский человек, и я хочу по ней пройти! Потом надо будет добраться до моря Лаптевых и зайти к Хатанге с востока, побывав в поселке Усть-Оленек. Так легче будет преодолеть совершенно дикий северный участок: без людей, строений, где только тундра, река и север!

Река Хета

— Почему же в этом году у вас не получилось добраться до устья Лены?

— В этом году сначала в графике шел, но потом погода не пустила: пошли ливни, ветра, настоящие бури. Даже северные олени в этом году на месяц раньше отправились кочевать на южные пастбища. Я видел, как они переплывают реку, а браконьеры их прямо дубинами в воде бьют, мясо добывают. Взрослых трудно бить, их рога защищают, поэтому и бьют тех, что помоложе и самок. Зрелище, конечно, такое, что не приведи Бог. Кстати, там не только оленей, но и людей жалко. Например, в Хатанге ведут плановый летний ремонт коммуникаций. А тут резко похолодало! Трубы раскрыты, работы еще ведутся, и тепла подать невозможно, народ в домах мезнет. Непогода, это, наверное, самое главное препятствие – конечно, после пограничников (смеется)!

— Как же вы сражались с непогодой? Ведь и до Хатанги не дошли бы, если бы не преодолели все эти ветры и дожди?

— Меня не очень страшат низкие температуры, когда много работаешь физически – не замерзнешь. То идешь с поклажей, то в лодке на веслах по реке. Но вот постоянный ветер и волна… Пытался я по берегу идти, но то и дело упираешься в озерцо или речушку. Это надо было опять лодку распаковывать, накачивать. Слишком много сил отбирает, поэтому я ждал погоду и шел рекой.

—  Много грести приходилось?

— Бывало, сутками греб. Рекорд – 27 часов без перерыва. Так вот и шел: то в палатке от ледяного ливня и ветра прятался, то греб до потери пульса! Хорошо, что до Хатанги удалось добраться, это было где-то в самом конце июля. Поставил палатку на окраине села и жил там. Потом мне рассказали, что в те места частенько заходит медведица с медвежатами, но я ее не видел, обошлось… Потом попросил в порту взять меня на судно, чтобы пройти Северным морским путем, но не разрешили. Тогда на ЯК-42 улетел до Красноярска, а потом по железной дороге до Москвы.

— Какой маршрут Вам осталось пройти в рамках проекта «Полярная Россия»?

— Осталось пройти от Хатанги до реки Колымы. За два года, думаю, удастся одолеть. А в этом году я долго отдыхать не буду: в конце августа отправлюсь пешком и на лодке по рекам Печоре и Северной Двине, в целом, путь длиной, где-то в 2150 км. Это, конечно, не полярный экстрим, как на Таймыре, но я по этим рекам еще не ходил. Отправлюсь на реки не в рамках проекта, просто надо проходить там, где еще не был. Вот и новые линии на личной карте экспедиций появятся! Потом Приуралье пройду на велосипеде, по Кольскому еще кое-где надо пройти…

Село Хатанга

— Вокруг света махнуть не планируете?

— Нет, не интересно. Хочу пройти остров Сахалин, пересечь Камчатку с юга на север, тоже пешком и на лодке. Вот это настоящие экспедиции. Нет, я буду ходить только по России. Надо по своей стране ходить, это важно, это интересно! Хотел я в начале века пройти пешком вокруг земли, сделать такой своеобразный подарок Рязани. Даже и по деньгам спонсоры теоретически уже нашлись. Но потом подумал – нет! Россия – и только она. Я в походах на себе убедился, что такое явление как патриотизм на самом деле существует, и это здорово!

— Как далеко вы планируете жизнь и экспедиции? На два года, три, пять лет?

— Отвечу так: до 70 лет уже все путешествия расписаны! Даст Бог, еще много похожу по стране!

Атласов в Рязанском музее путешественников

Поделиться: