К 240-летию Рязанской губернии. История рязанских гербов

В минувшем году Рязанская область отметила две знаменательные даты в своей истории: исполнилось 80 лет со дня её образования в составе СССР и 240 лет со времени её учреждения в составе Российской империи как самостоятельного Рязанского наместничества. И если первое событие никак не отразилось в символике (все так же везде развевались красные флаги с серпом и молотом, а на печатях всех органов власти значился герб РСФСР), то за вторым последовало пожалование всем губернским  городам собственных гербов. И в каждый герб нес свою индивидуальную символику.

Человек с мечом⇒


Как воин стал князем⇒

Человек с мечом

Быть посему

29 мая 1779 года на докладе Правительствующего Сената «О гербах городам Костромского и Рязанского Наместничеств» рукою Екатерины II в Царском Селе была поставлена резолюция «Быть по сему». И поэтому почти всем гербам наших старых городов в этом году также исполняется 240 лет. Но почему не всем? Постараемся в этом разобраться. Загадка начинается сразу, в начале описания герба города Рязани. Перед ним стоят слова «Город Рязань имеет старой герб». Это значит, что еще задолго до указа императрицы герб уже существовал, был известен и обозначал наш город, а шире – Рязанскую землю. Причем он не всегда был таким, каким мы его знаем сегодня.  

Иногда прообраз рязанского герба пытаются увидеть в костяном кружочке с рельефным изображением воина с мечом и щитом.

Он найден на раскопках Старой Рязани и датируется началом XIII века. Но перед нами вероятно, лишь игральная фишка. О гербах тогда на Руси еще не имели и понятия. А первой достоверно известно эмблемой рязанской земли (также еще не гербом) является конь, изображенный  на большой государственной печати царя Иоанна Васильевича IV Грозного, с надписью «печать рязаньская».

Он помещен среди 24 территориальных эмблем, окружающих с обеих сторон печати (по 12 с каждой стороны) изображение двуглавого коронованного российского орла. Как писал в 1855 году в книге «Русская геральдика» А.Б. Лакиер, первый систематический исследователь российской геральдики, здесь впервые выразилась «мысль поместить вокруг орла, герба всероссийского, печати прочих царств и великих княжеств, присоединенных в разное время к Москве». Композиция печати использует прием, весьма характерный для государственных печатей Западной Европы. Но, в отличие от европейских печатей, составленных из реально существующих территориальных гербов, изображения на печати Иоанна Грозного сочинены, по большей части, при его дворе, и не встречаются впоследствии в гербах означенных здесь территорий. Изображение рязанской «печати» также не известно нам ни до, ни после создания Большой царской печати.

Смысл ее до сих пор загадочен и не поддается однозначному прочтению. В европейской геральдике образ коня, благородного помощника человека, занимает весьма почетное место. Он наделяется лучшими качествами многих животных. Конь почитался символом благородства, трудолюбия, чувства долга, знаком рвения и элегантности. Сама  Рязань, существующая на границе Дикого поля, славилась лошадиными ярмарками, на которые за добрыми конями съезжались русские, татарские и прочие инородные купцы. Может быть, это и нашло своё отражение в старинном символе. Во всяком случае, подлинное его значение было ведомо только тем, кто его назначил для Рязани, и использовался он исключительно в царском и дипломатическом обиходе. Но после того как со смертью грозного царя и его сыновей пресеклась династия потомков Ивана Калиты, после Смутного Времени, на заре новой династии Романовых, в первой четверти XVII века в качестве рязанской территориальной эмблемы на царских регалиях появляется изображение стоящего на земле человека, вооруженного саблей или мечем.

…А под ним земля

Впервые оно упоминается в 1626 году в «Росписи всем государевым печатям», где значится:

«Печать Рязанская: человек, а у него в правой руке меч, а под ним земля».

Аналогичное изображение в этот же период встречается и на «саадачном покровце» – драгоценном покрывале для задней стенки серебряного позолоченного трона Михаила Федоровича, расшитом пряденым серебром и жемчугом.

Оно помещено здесь среди 12 главных земельных эмблем, окружающих российского двуглавого орла. Изображение сопровождено надписью «Печать реская». Уже сам факт причисления, таким образом, Рязани к главным российским княжествам показателен и почетен сам по себе. Но и в этом случае нельзя достоверно говорить о том, по каким мотивам для Рязани был определен новый символ. Возможно, замена прежней символики на новую отражает определенные события в истории России и Рязани. Известно, что в период Смутного Времени рязанцы приняли весьма деятельное участие в его событиях.

Новая эмблема закрепилась за Рязанью (мы имеем здесь в виду не город, а территорию бывшего Рязанского княжества) и в дальнейшем непрерывно прослеживается на всех основных источниках по российской геральдике. Изображение воина с мечом или саблей неоднократно подвергалось разным редакциям, но при этом сюжет эмблемы всегда оставалось неизменным. О ней говорится и в указе Алексея Михайловича (1666 г.) об изготовлении большого государева знамени:

«Печать рязанская, на ней человек, стоящий в одежде, под одеждой бронь, в правой руке держит саблю голую, другой рукой держит за ножны».

Использовалось изображение рязанской эмблемы и на царской утвари, и на его вооружении. Наиболее известной за этот период сегодня является рязанская эмблема, включенная в первый российский гербовник – «Титулярник», созданный в 1672 году при царском дворе по образцу подобных европейских династических книг. Ее главное назначение –обосновать древность происхождения царской династии, ее права на престол и достоинство, равное достоинству европейских монархов.

Здесь были помещены портреты всех великих князей и царей от Рюрика до самого Алексея Михайловича, а также 33 эмблемы земель (царств и княжеств), находящихся под его властью. Среди них и наш «человек с саблей». Эти знаки еще нельзя назвать полноценными гербами, и до начала XVIII века нет никаких свидетельств, что эти эмблемы знали и употребляли на местах.

Встречаем мы рязанскую эмблему и на Государственной печати нового царя – Петра I, известной по рисунку австрийского дипломата И.Г. Корба (1698 – 1699 г.).

При Петре I такие эмблемы получают широкое распространение в придворном быту и в столичной жизни: они используются на медалях, в фейерверках, украшают триумфальные арки, царские ассамблеи и другие празднества. Они непременный атрибут царских жалованных грамот. Не знают их еще в тех землях, которые они обозначают. И пришли они туда на воинских знаменах. Именно при Петре I территориальные эмблемы получили своё наиболее значительное применение в военной сфере. Отсюда позже они и проникли в повседневную жизнь российских губерний и городов. О чем мы расскажем вам дальше.

Михаил  Шелковенко, член Геральдического совета при Президенте Российской Федерации, член Геральдического совета при Губернаторе Рязанской области.

Как воин стал князем

Наступил XVIII век. Россия стремилась выйти к Балтийскому морю, к морским торговым путям в Европу. Здесь её интересы столкнулись со Швецией, началась Северная война (1700-1721), из которой Россия вышла победителем и стала империей. Но кое-что она позаимствовала у своего побежденного противника.

Еще накануне войны со Швецией Петр I приступил к реформированию вооружённых сил России. Прежнее стрелецкое войско заменяли регулярными частями, набираемые из рекрутов.  Изначально новые армейские полки, за редким исключением, именовались по имени командира полка; смена командира вела к изменению наименования. За образец построения была взята более эффективная шведская система территориального формирования частей. В 1708 году пехотные полки получили постоянные названия – по названиям городов и провинций России, откуда набирались рекруты, откуда шло их пополнение и снабжение. Тут для построения полковых знамен как раз и пригодились старые земельные эмблемы, собранные в «Титулярнике».

Если до начала XVIII в. расцветка и символика полковых и ротных знамен была довольно произвольной (для полков «иноземного строя» знамёна делали «как ротмистр укажет сам»), то при Петре I они стали утверждаться централизованно. В 1712 году уже все российские полки получили однотипные знамена. Полковое знамя, которое находилось в 1-й роте, имело белое полотнище с золотым вензелем Петра I в центре (две латинские буквы «Р», соединенные в виде косого Андревского креста), окруженным пальмовыми ветвями под императорской короной. Прочие ротные знамена отличались расцветкой и эмблемами городов и провинций, названия которых носили полки. С этого года все знамена стали централизованно изготовлять в Оружейной палате и оттуда рассылать в армейские подразделения. Для российской геральдики это явление имело огромное значение, так как ввело в общественный оборот эмблемы титульных тер­риторий. А для Рязани на этом этапе произошло изменение наименования изображенного на её эмблеме воина. Отныне он стал Князем, а сама эмблема стала уже называется гербом.

Отец российской геральдики

Как свидетельствует в своем капитальном труде «Историческое описании одежды и вооружений Российских войск» (1842 год) А.В. Висковатов, с 1700 года по 1725 год Рязанские пехотный и драгунские полки имели ротные знамена «желтыя, с золотым изображением, в верхнем углу, у древка, Русского Князя с обнаженным мечем в правой руке». В 1725 -1727 годах Рязанские драгунские (бывшие Московский и Казанский) полки получили знамена также «желтыя, с красными и зелеными зубчиками и с Рязанским гербом», Аналогичные рельефные гербовые изображения помещались на головных уборах пехоты, на патронных лядунках, на гренадных и патронных сумках. У тех же шведов Петр I позаимствовал и систему офицерских знаков различия. На них также помещались изображения полковых гербов. Такой знак (горжет) представлял собой шейный медальон подковообразной формы, изготовлен­ный из серебра с золочением отдельных деталей или всего знака. Время сохранило для нас внешний вид офицерского зна­ка Рязанского пехотного полка на портрете барона Ф. фон Розена (1771 г.).

Но набор известных территориальных эмблем был ограничен. Поэтому по мере увеличения количества полков и расширения географии их дислокации потребовалось сочинение новых эмблем, которые затем стали обозначать сами те города и провинции, чьи имена давались воинским соединениям. Эта работа были поручена Герольдмейстерской конторе, созданной Петром I в 1722 году. У неё было множество обязанностей помимо сочинения гербов, для составления которых в неё был приглашен пьемонтский дворянин, граф Франциск Санти. Он фактически и стал «отцом» российской геральдики.

Земля зеленая, поле желтое

Следует обратить внимание , что о цветах рязанской эмблемы пока не было речи. На «саадачном покровце» Михаила Романова она была вышита серебром и жемчугом, на желтых ротных знаменах она также изображалась «серебром и золотом», на воинской амуниции и офицерских знаках она была рельефной. Не возникало проблем и с изображением земельных эмблем на гравюрах того времени – они были черно-белыми. А в их рисунках на Жалованных грамотах, где нельзя было обойтись без красок, царил некий произвол. Например, на одной из таких грамот эпохи Екатерины I рязанский воин-князь изображен в красной одежде и колпаке и в зеленом плаще.

Законодательное установление расцветок всех территориальных эмблем, используемых на воинских знаменах, произошло только при императрице Анне Иоанновне.  8 марта 1730 года Правительствующий Сенат утвердил представленный генералом графом Б.Х. Минихом новый «зна­менный» гербовник, содержавший более 85 изображений гербовых эмблем для полевых, гарнизонных и ландмилицких полков. Все гербы в нем имели овальный щит, окруженный картушем единообразной формы и увенчанный короной. Сами эти ко­роны имели разный вид (императорские, царские, княжески­е, земельные), который обозначал истори­ческий статус той или иной территории. Рязань как наследница великого Рязанского княжества получила великокняжескую корону, а описание её герба гласит:

«По старому – князь в епанче и в шапке, в руке правой меч, а в левой ножны, епанча красная, платье и сапоги и шапка зеленые, шапка ж с соболем, под ним земля зеленая, поле желтое».

В дальнейшем эти сочетания цветов в рязанском гербе закрепились и используются до сего дня почти без изменений. А сам герб мы находим не только на полковых знаменах и Жалованных грамотах русских императриц, но и на Государственном знамени – Панире (1742 г.).

Из воинского быта рязанский герб в середине XVIII в. начинает проникать и в гражданскую сферу: сперва в городское судопроизводство, затем на клейма пробирных мастеров. Как и прежде, он широко используется центральной властью, но он уже ассоциируется и местным населением как свой собственный символ.

По Указу Екатерины Великой

Надо напомнить, что до сих пор мы говорим не о гербе города Рязань, а о символе Рязанской земли, поскольку центром провинции еще являлся г. Переяславль-Рязанский.  Некий рубежный момент отмечен на двух генпланах города, «прожектированных» премьер-майором Петром Ивановым в 1777 и 1778 г. На обоих планах помещен рязанский земельный герб, но город уже именуется Рязанью.

Как сообщает в 1801 г. «Словарь географический Российского государства»: «в 1777 г. Переяславль-Рязанский был переименован в город Рязань, так как древняя столица Рязанского княжества утратила всякое значение, и стала именоваться Старая Рязань». Годом позже, 28 февраля 1778 г. Переяславль-Рязанская провинция Московской губернии была преобразована сначала в Переяславль-Рязанскую губернию, а 24 августа того же года в Рязанское наместничество. Всем этим переменам предшествовала административно-территориальная реформа, начатая 7 ноября 1775 г. Указом Екатерины II «Учреждение для управления губерний Всероссийской империи». В ее результате страна была заново разделена на 40 губерний, входивших в состав 19 наместничеств. Наряду с губернскими, предполагалось и создание городских органов самоуправления. Это вызвало потребность дарования городам собственных гербов. Считается, что Новгородский губернатор Я.В. Сиверс подал Екатерине II идею о необходимости пожалования герба каждому российскому городу как символа его прав и привилегий. Но первые городские гербы императрица пожаловала отдельным городам, как знак особой милости: Костроме (1767 г.), Боровичам и Вышнему Волочку (1772 г.), Тихвину (1773), Ирбиту (1776 г.). И только с 1777 г. начинает осуществляться планомерная правительственная политика пожалования вновь учреждаемым наместничествам целых серий гербов для приписанных к ним городов. Первые такие серии получили Калужское (1777 г.) и Тульское (1778 г.) наместничества. А в 1779 году настал черед и для Костромского и Рязанского наместничеств, городские гербы которых открыли особую, своеобразную страницу в истории российской геральдики.

Михаил  Шелковенко, член Геральдического совета при Президенте Российской Федерации, член Геральдического совета при Губернаторе Рязанской области 

Поделиться: